Продолжаются споры о правах на новый коронавирус

В прошлом году микробиолог Али Мохамед Заки из Саудовской Аравии открыл новый смертоносный вирус, который может представлять серьёзную угрозу для мирового здравоохранения. Но права на интеллектуальную собственность, связанную с разработкой диагностических тестов и методов лечения вызываемых этим патогеном заболеваний, получил нидерландский институт.

Саудовская Аравия выразила недовольство, но сделать ничего нельзя, потому что нет чётких международных правил о том, какие права на новый патоген имеет страна, где его впервые выделили.

Рон Фушье (фото Dirk-Jan Visser).

В июне 2012 года г-н Заки, работавший тогда в больнице имени Солимана Факиха в Джедде (сейчас он снова живёт в родном Египте), изолировал и вырастил вирус, полученный из организма человека, который скончался от тяжёлой пневмонии и острой почечной недостаточности. Так как рутинная диагностика не смогла определить причину смерти, г-н Заки обратился за советом к одному из ведущих вирусологов мира Рону Фушье из Медицинского центра им. Эразма в Роттердаме (Нидерланды), прославившегося изучением вируса птичьего гриппа H5N1. Тот предположил, что речь идёт о коронавирусе, и попросил образец для тестирования.

Впоследствии вирус вызвал небольшую, но смертоносную вспышку по крайней мере в трёх странах Ближнего Востока, что привлекло к нему внимание всего мира. 21 декабря ВОЗ сообщила, что, судя по анализу случаев в Иордании, он может передаваться от человека человеку.

Тем временем секвенирование вируса, выполненное г-ном Фушье, показало, что это и впрямь человеческий коронавирус и что он является близким родственником коронавируса летучих мышей. 20 сентября г-н Заки оповестил об открытии медицинскую общественность посредством специализированного сайта ProMED-mail. Вирус получил условное название человеческого бета-коронавируса 2c EMC (hCoV-EMC) — в честь роттердамского центра (EMC — Erasmus Medical Center), и теперь исследователи, желающие приобрести образец, должны подписать соответствующий договор с этим учреждением.

Г-н Фушье подчёркивает, что договор о передаче материалов на изучение (material-transfer agreement, MTA) и соответствующие патентные заявки не означают собственности центра на вирус. Скорее защищаются права на работу с вирусной последовательностью, которую получили в Нидерландах, то есть диагностические тесты, вакцины, антивирусные препараты — всё это нельзя создавать без разрешения центра. В мире современной медицины, добавляет г-н Фушье, это необходимая превентивная мера.

Центр им. Эразма хотел бы также ограничить коммерческую эксплуатацию работ, связанных с вирусом.

Короче говоря, это означает, что если учёные из Саудовской Аравии захотят получить образцы вируса, то им придётся подписать MTA. Этим-то и недовольны власти этой страны. Они утверждают, что г-н Заки ничего не сказал им ни о своей работе, ни об отправке образца в Нидерланды. Замминистра здравоохранения Зияд Мемиш отмечает, что тем самым учёный умышленно или случайно обошёл принятые в стране правила, касающиеся оповещения начальства о новых патогенах. Он также указывает на Международные медико-санитарные правила, в соответствии с которыми все государства — члены ВОЗ обязаны сообщать руководству организации обо всех случаях необычных или неидентифицированных тяжёлых заболеваний, могущих иметь международное значение.

Г-н Заки со своей стороны утверждает, что сделал всё по правилам, предоставив министерству образец вируса и сопутствующие клинические данные 18 июня, но никакой реакции не дождался. Г-н Мемиш объясняет это тем, что учёный не сопроводил послание надлежащей пометкой о важности открытия. Но г-н Заки считает, что его обязанности по отношению к властям заканчиваются отправкой образца.

Кроме того, он хотел бы удостовериться в правильной идентификации вируса до объявления о его открытии. И вообще, если бы не его личная инициатива, мир, может быть, узнал бы о новом вирусе с опозданием, так как властям Саудовской Аравии было выгодно придержать информацию, чтобы не распугать миллионы паломников, приехавших на ежегодный хадж. Г-н Мемиш, конечно же, отрицает эти подозрения, отмечая, что правительство обратилось к специалистам ВОЗ и Центрам США по контролю и профилактике заболеваний (среди прочих) сразу, как только узнало об открытии.

Коллеги г-на Заки разделились в своих мнениях. Некоторые сочувствуют ему, считая, что он просто искал причины смерти конкретного пациента и не мог знать, что обнаружит вирус, который вскоре распространится на несколько стран.

Дэвид Хейманн, председатель британской организации Health Protection Agency, говорит, что любое правительство почувствует себя неловко, если исследователь начнёт информировать общественность, не предупредив об этом власти. С другой стороны, хорошо, что международное научное сообщество узнало о вирусе: это позволило довольно быстро разработать методы диагностики.

Виноват г-н Заки или нет, но вопрос уже стал политическим. Вирус выделили и вырастили в Саудовской Аравии, но права на него находятся у нидерландского центра. Единственный международный документ, который тут можно приплести, — это Конвенция о биологическом разнообразии, предоставляющая странам суверенные права на биологические ресурсы. Но каким боком это относится к вирусным образцам, остаётся непонятным.

В 2005 году Индонезия мотивировала этим положением конвенции свой отказ предоставить ВОЗ образцы вируса птичьего гриппа H5N1, выделенные в этой стране, указывая на то, что взамен получит очень мало. «Мало» относилось к интеллектуальной собственности, правам на технологии и научные исследования, доступу к лекарствам и вакцинам. После шести лет переговоров ВОЗ в прошлом году добилась международного соглашения о подготовке к пандемии гриппа, в котором в соответствии с этой логикой страны, поставляющие изолированные на их территории вирусы, получают некоторые льготы. Но это касается только вирусов гриппа.

Так или иначе, нельзя не согласиться с г-ном Мемишем в том, что нужно выработать международное соглашение о правах на образцы вирусов.

Подготовлено по материалам Nature News.

Каждый день слушайте итоговый подкаст Свободного Радио «Компьюлента»!

blog comments powered by Disqus